Неожиданный визит мамы. Глава 1

Наконец-то закончив школу, я поступил в престижный ВУЗ. И вроде бы всё хорошо, да вот только он находился далеко от моего дома. Пришлось поселиться в общагу.

Меня с детства баловала мама, и я рос эдаким маменькиным сынком, который без неё ничего не может. Ну так уж вышло. Отец бросил нас, когда мне и пяти ещё не исполнилось. Мать ростила меня одна.

И вот мне пришлось уехать от мамы и начать новую самостоятельную жизнь. Я дико боялся перемен. Ну как я без мамы? Я ж нихрена не умею! Даже ни пожрать себе приготовить, ни постирать, ни погладить. Придётся всему учиться в процессе.

Мама тоже была не особа рада, что её птенец покидает родное гнездо. Но что поделаешь, в нашем городе хороших Вузов не было.

Первое время мне было ужасно тяжело. Я делил комнату с иностранцем. Он совершенно не говорил на русском. Всё, что я от него добился, это его имя — Луис, и то, что он из Колумбии. Никакого контакта у нас не получилось. Месяц мы прожили вместе, практически не разговаривая.

В начале октября Луиса переселили, чему я был несказанно рад. А ко мне подселили нового соседа. Его звали Лёха. И тут мне очень повезло. Невысокого росточка светловолосый парнишка оказался офигенным чуваком. Прямая моя противоположность. Если я замкнутый и необщительный, то у Лёхи рот не закрывался.

Он был весёлым, энергичным, легко заводил новые знакомства, а вот с девушками у него не ладилось. Парень то он симпатичный, но ввиду маленького роста популярностью у девчонок не пользовался. Частенько он влетал во френдзону. Девчонки считали его просто забавным весельчаком, душой компании.

Но Лёха не отчаивался. Он грезил тем, чтобы поскорее лишиться девственности. Это нас и объединяло. Я тоже до сих пор был девственником. Но даже у коротышки соседа было больше шансов, чем у угрюмого закомплексованного меня.

Ещё нас объединяла страсть к Марвел комиксам. Я с детства зачитывался комиксами, а Лёха притащил с собой целую коробку редких комиксов. Целыми днями мы читали их и обсуждали, словно подростки, хотя оба уже достигли порога совершеннолетия.

А ещё Лёха был просто помешан на сексе. Постоянно смотрел порно с телефона, где-то добывал порнографические журналы и показывал мне, пытаясь втянуть меня в этот разврат. Но я не особо был озабоченным, в отличии от него. Хотя секса мне конечно хотелось, да ещё как.

Но была у меня одна особенность, о которой я даже Лёхе поначалу не рассказывал. Молодые девочки мне конечно нравились, но гораздо больше меня привлекали зрелые женщины, типичные мамочки, милфы. Вот о них я грезил ночами, мастурбируя под одеялом. Жаль у нас в универе не было ни одной сексапильной зрелой преподши. Я мог только мечтать о сексе со зрелой женщиной.

Но и это ещё не всё. Об этом я позже всё же рассказал Лёхе, и он на удивление поддержал меня, сказав, что мамочки и его давняя страсть. Появилось ещё одно увлечение, которое нас объединило.

Но о чём я уж точно никогда ему не расскажу, так о сексуальной тяге к собственной матери…

Это началось довольно давно, когда я только входил в период полового созревания. Наверно подобное часто случается с мальчиками, которые всю жизнь живут с матерями без отца.

Как только я научился дрочить, так постоянно фантазировал о своей маме. Разные у меня были фантазии с ней, и жёсткие, и нежные, в чём-то даже романтичные. Частенько я подглядывал за ней, как она переодевается или моется в душе.

Была у моей мамы одна очень выдающаяся особенность — большая грудь. Абсолютно натуральная, просто гигантская на мой взгляд, грудь! Весь свой пубертатный период я фантазировал о том, как бы увидеть её сиськи. Но мама была осторожна, и кроме, как в лифчике, я её грудь никогда не видел. Но даже в лифчике или купальнике её сиськи смотрелись внушительно! Одна грудь, как большая спелая дыня. И как мама ещё не сгорбилась с годами, под такой-то тяжестью.

И самое прелестное было в том, что с такими формами она вовсе не была толстухой. Талия у неё даже с годами оставалась достаточно узкой, а бёдра широкие. Задница большая и ядрёная. С такими-то пропорциями не удивительно, что все мои школьные друзья сходили по ней с ума, и позволяли себе пошлые шуточки в её адрес. Разумеется, у неё за спиной. Сначала я злился на них за такую вольность, но потом стал привыкать, и как-то даже гордиться своей мамой.

Ей было сорок четыре года, звали её Лариса. Сколько её помню, всегда красила волосы в блонд с тёмными корнями. И всегда носила длинные волосы, ниже плеч. Да и на лицо она была более, чем симпатичной тётей. Большой улыбчивый рот с пухлыми губами, тонкий, слегка курносый носик и яркие зелёные глаза. На верхней губе маленькая родина, ещё одна её отличительная черта.

Я дико скучал по маме, а ведь прошло всего два месяца, как я покинул родительский дом. Мы созванивались почти каждый вечер, но разговор по телефону не заменит тактильного и зрительного контакта. Интересно, как она там без меня? Чем занимается?

Работала она в логистике, в небольшой компании по производству молочных продуктов. Я всё боялся, что когда-нибудь она приведёт домой мужика и скажет, это твой новый папа. Такая горячая женщина не могла оставаться без внимания мужчин. Но этого не произошло. Никогда она не водила домой мужчин, и крайне редко выбиралась куда-то на свидания.

С личной жизнью у неё не клеилось. Она конечно не говорила мне это прямо, но я знал, что в этом она винит меня. Я был её грузом, прицепом, как говорят. Никто из мужчин не хотел брать бабу с прицепом. Да и я тоже не прямо, но косвенно, давал ей понять, что буду против левого мужика в нашем доме. Она должна быть моей и только моей! Как представлю, что её обнимает и целует какой-то мужик, или что похуже, так сразу закипаю от гнева!

__________________

В обычный выходной день мы с Лёхой валялись на своих кроватях, занимаясь каждый своим делом. Я читал учебник по истории, а он залипал в телефон, играя в какую-то игру. По учёбе он заметно отставал, и порой просто забивал на домашку. Мне приходилось ему помогать.

И тут раздался стук в дверь. Мы подняли глаза на дверь и переглянулись. Не успели что-то ответить, как она открылась. На пороге появилась зрелая блондинка в чёрном платье в белый горошек и двумя сумками в руках.

— Мама?! — воскликнул я, округлив глаза.

— Сюрприз! — засмеялась она, ставя сумки на пол и протягивая ко мне руки.

Я крепко обнял её, прижавшись к пышной груди, которая с трудом умещалась в глубоком декольте платья. Как же приятно было её обнимать. Родное тепло, знакомый аромат духов, и длинные волосы, щекочущие моё лицо.

— Почему ты не позвонила?!

Я отпустил её и взглянул на огромные сумки. И тут у меня из-за спины вышел Лёха, вытянув руки и широко улыбаясь:

— Приятно познакомиться, мама Вани! — пропел он и обнял мою мать, прижавшись щекой к её грудям.

— Ох! — опешила мама и смутилась, но обняла парня.

— Я Лёша, — представился он. — Сосед Ваньки.

— Славный мальчик, — улыбнулась мама, взъерошив ему волосы. — Я Лариса.

— Вы такая красивая, — томно промолвил мой сосед.

Мама слегка залилась краской и посмеялась.

— Ой, спасибо! Давненько мне не делали подобных комплиментов.

— Да вы что? — вскинул брови Лёха. — Ни за что не поверю! Бьюсь об заклад, ни один мужчина ещё не прошёл мимо вас, не окинув вас восхищённым взглядом.

Мама снова рассмеялась. Очевидно её забавлял мой красноречивый соседушка. Лёха к любому человеку мог найти подход. Вот и к маме моментально нашёл. Я же нахмурился.

Прекрасно зная своего дружка, я по его глазам прочёл, о чём он думает. Просто глаз не сводит с маминых сисек, плотно прижатых друг к другу в вырезе платья. Очевидно, она ему понравилось, что не удивительно. Сегодня мама выглядела потрясающе. Красивое чёрное платье чуть ниже колен, красные туфельки с открытым носком, светлые волосы спадают на плечи, на лице лёгкий макияж. Ну и конечно же волнующее воображение декольте.

— Я вам тут вкусняшек всяких привезла, — сказала мама, открывая сумки.

Привезла она действительно гору вкусняшек. Куча сладостей и полезных продуктов. Хлеб, колбасы, сыры, различные пакетики с кашами, макароны, рис, фрукты, овощи. Чего там только не было.

— Как ты дотащила такие баулы? — прокряхтел я, поднимая сумки.

Но очевидно мама была сильнее меня. Я-то тощий хлюпик, а она частенько работала по огороду. Носила вёдра, таскала брёвна. Всё сама. Я конечно помогал, но она и без меня отлично справлялась. Тело её сделалось крепким, поджарым. Сильные руки, мощные ноги, упругие ягодицы.

Мы быстренько разложили все продукты в холодильник и шкаф, а потом решили прогуляться по территории универа. Я хотел побыть с мамой наедине, но Лёха увязался с нами, а отказать ему было невежливо. И так уж вышло, что весь день мама больше с ним болтала, чем со мной. Этого засранца было не заткнуть. А его комплименты в мамин адрес никак не иссякали.

Один раз он даже потрогал её. Было это так. Мы шли мимо спортивного стадиона и обсуждали что-то касательно бега. И тут Лёха просто нагнулся и потрогал мамины ноги сзади.

— У вас такие сильные икры, — сказал он, поглаживая пальцами рельеф маминых икроножных мышц. — Даже вон у тех бегунов икры меньше. Вы что спортсменка?

Меня возмутила такая вольность, а вот маму нисколько. Она даже не смутилась. Только усмехнулась и ответила ему:

— Это всё из-за каблуков. У женщин икры часто сильнее развиты, чем у мужчин, из-за многолетнего хождения на каблуках.

— А мне нравятся каблуки, — заявил Лёха. — И у вас очень красивые туфли. Они вас стройнят. Делают ваши ноги более вытянутыми и крепкими.

— О, да ты эстет женской красоты? — посмеялась мама.

— Ну, такую красоту не заметить сложно, — хмыкнул Лёха и протянул ей локоть.

Мама, к моему негодованию, взяла его под руку, и они пошли вперёд, как парочка. Лёха не затыкался всю прогулку. Мама охотно с ним беседовала, и постоянно смеялась с его шуток. И он частенько её трогал, но так, невзначай, едва заметно. И похоже только я это замечал! То за локоток возьмёт, то руку на талию положит, поворачивая её и что-то показывая вдали. Тактильный контакт с мамой он отлично наладил. Её, похоже, вообще не заботили его прикосновения. Вряд ли она видела в этом опасность.

Когда начало темнеть, Лёха предложил взять пару бутылочек вина и переместиться в нашу комнату в общаге. Мама разместилась в отеле, и могла вернуться туда, когда угодно. Сейчас на часах было девять вечера.

— Да времени ещё вагон! — заявил Лёха и потащил нас в магазин.

Мама купила аж три бутылки вина, чтоб завтра одну подарить директору общаги. Мы забурились в нашу комнату и начали пить.

Лёха включил музыку на своей портативной колонке, чтоб играла на фоне. Они два часа болтали с мамой обо всём, и ни о чём. Я же в диалоге практически не участвовал. Я лишь завистливо смотрел, как у них прекрасно складывается беседа.

Мне бы хоть немного той коммуникабельности, которой одарён Лёха. Он и чёрта заболтает. Удивительно лёгкий и общительный человек. Подкупает своей энергией и чувством юмора. Этим он и меня очаровал. Похоже действовала его харизма и на маму.

Не сказать, что мы много выпили, но меня так крепко сморило от вина, что я начал клевать носом. Пил я очень редко, и только по праздникам. Меня просто вырубало от красного крепкого вина.

— Приляг, сынок, — услышал я голос мамы. — Ты немного перебрал.

— А ты? — пробурчал я.

— Я тоже скоро пойду.

— Ну ладно…

— Рада была тебя повидать. Приезжай на каникулы.

— Угу…

Она поцеловала меня в лоб, и я отвернулся к стенке, мгновенно задремав. Я провалился в глубокий, крепкий сон и неизвестно сколько проспал бы ещё, не разбуди меня какие-то скрипучие звуки, шорох и шепотки.

Я тихо перевернулся на другой бок и с трудом разлепил тяжёлые веки. Первое, что я увидел, это мамин большой лифчик, висящий на стуле. Мой отяжелевший взгляд скользнул по полу, мимо пустых бутылок и стаканчиков. Чёрное платье в белый горошек валялось на полу перед кроватью соседа.

Кровать ходила ходуном, мамины ноги торчали вверх с двух сторон от Лёхиного торса. Одеяло скатилось с его тела, оголив белые тощие ягодицы. Он лежал на маме, шустро двигая бёдрами и пыхтя. Её руки обвивали его плечи.

— Тише… — шептала мама. — Не так быстро… Он сейчас проснётся!

— Да не проснётся! — кряхтел Лёха. — Спит, как убитый…

— Аах… — выдохнула мама. — О боже… Д-да… Даа…

Сон мгновенно покинул меня. Я замер на кровати, боясь пошевелиться. Сердце учащённо забилось в груди, дыхание остановилось. Я смотрел, как мой друг трахает мою мать. Словами описать трудно, что я испытывал в этот момент. Унижение, стыд за свою мать, предательство, обиду, злость. Всё вместе. Целую палитру негативных эмоций!

Мне бы резко встать и начать орать на них, но я лежал, как парализованный. И самое удивительное, что мой член отвердел. Я возбудился! Поразительно! Как можно возбудиться от того, что твой друг трахает твою мать?! Это же не нормально! Но такого сильного возбуждения я ещё никогда не испытывал. Оно граничило с чувством стыда, своей ущербности и злобы.

— Какие у вас классные сиськи… — пропыхтел Лёха.

Он зарылся лицом в мамины груди, жадно обсасывая соски и двумя руками сжимая спелые большие «дыни». Я за всю жизнь не видел её грудь голой, а мой дружок в первый же день знакомства завладел её сиськами! Да какого хрена?!

Как же меня возбуждал вид маминых ног, раздвинутых под Лёхой, приподнятых вверх. Он гладил её белые ляжки, руки скользили по маминой ноге. Один раз он даже шлёпнул маму по заднице, на что она ответила:

— Тише… Не шлёпай, услышит же…

Он послушался и сосредоточился на сексе. Я так завидовал ему в этот момент. Я мог только представлять, как ему приятно. Как его член тонет в тёплой влажной маминой пизде… Лёха периодически что-то шептал, постанывая:

— Ооох… Какой кайф… Вы такая мокрая…

— Тише…

— Не могу больше держаться…

— Только в меня не кончай!

— А куда?

— На живот. Вынимай!

— А вы кончили?

— Нет.

— Я хочу, чтоб вы кончили.

— Ты же сам собрался кончать.

— Я могу потерпеть.

— Только, умоляю, в меня не спусти.

— Ладно…

Я охреневал с того факта, что они трахаются на чистую, без резинки. И как мама ему позволила такое?!

Лёха всё трахал и трахал, видимо терпел ради мамы. Она тихо стонала, прижимая его к себе и шептала ему на ухо:

— Ещё немного… Я почти… Давай побыстрее!

И Лёха ускорился. Шлепки тело об тело стали чаще и звучнее, мамины стоны громче.

— Ооо… Да-да-да! Я щас… Ещё чуть-чуть… Боже, боже! Я кончаю! Аааах…

Она крепко сжала бёдрами Лёху, и тот тоже застонал, стиснув зубы.

— Уууффф! Чёрт!

— Ты, что кончил в меня?! — воскликнула мама, спихивая его с себя.

— Простите… Вы так меня сжали ляжками… Не успел…

— Блин! — выругалась она и слезла с кровати.

Я притворился спящим, даже храп изобразил. Одна моя рука крепко сжимала член. В какой-то момент я стал дрочить, сам того не осознавая. Что я за человек такой?! Мой друг трахает мою мать, а я дрочу. Какое же я ничтожество!

— Есть салфетки? — прошептала мама.

— Да. Вот.

Я осмелился приоткрыть один глаз. Лёха тыкал салфетками ей между ног. Лунный свет падал через окно на мамино тело, и я заметил, что у неё очень волосатый лобок. Раньше я даже не подозревал об этом. Думал, что сейчас все бреют. Густые тёмные волосы вились внизу её живота. Тяжёлые большие сиськи с крупными сосками искрились потом в этом лунном свете.

— Я сама! — проворчала мама, отпихивая его руку.

— Вы такая волосатая, — хихикнул Лёха.

— И что? Я уже не девочка. Не нравится?

— Очень даже нравится, — лукаво пропел он, взъерошив волоски на её лобке. — Сразу видно, что перед тобой женщина, а не девочка.

— Надо сейчас купить таблетку. Есть тут аптеки круглосуточные?

— Да. Прям на остановке одна есть.

— Отлично.

Мама кинула взгляд на мою кровать, я мгновенно закрыл глаза. Лежал с закрытыми глазами и слышал, как она одевается. Снова открыл один глаз. Мама застегнула лифчик на спине и быстренько натянула платье через голову, расправляя его на своём пышном теле.

— Где мои трусы? — прошептала она.

— Не знаю, — пожал плечами Лёха, оглядываясь по сторонам.

Они бегло поискали её трусы, но не нашли.

— Ладно, бог с ними. Как найдешь, сразу выброси, чтоб сын не увидел.

— Хорошо.

— Всё, я пошла.

Мама обула туфли и тихо открыла дверь. Лёха на прощанье обнял её и нагло помял сиськи и попку.

— Ну всё, всё, — отпихнула его мама, но на её устах я заметил улыбочку. — Пока.

Она нагнулась, чмокнула его в губы и вышла за дверь.

Я продолжал притворяться спящим. Слышал и чувствовал, как Лёха подошёл к моей кровати, чтобы проверить, реально ли я сплю. Даже пару раз тихо позвал меня:

— Вань? Ванёк?

Но я отлично изображал спящего, посапывая. Мне было очень стыдно сейчас открыть глаза и сознаться ему, что я всё видел и слышал. Поверив, что я сплю, он вернулся на свою кровать, которая наверняка ещё помнила тепло маминого тела.

Я не спал ещё часа два, обмозговывая увиденное. Лёха же храпел, как бык. Я ненавидел его за то, что он сделал. Но ещё больше злился на маму. Она же взрослая женщина в конце концов! Ну как так можно?! Раздвинуть ноги перед малолетним пацаном?! Другом сына, чёрт возьми!

Уснул я только под утро, а когда проснулся, Лёха сидел в кровати взлохмаченный и счастливый. Увидев, что я проснулся, он улыбнулся мне и сказал:

— Я знаю, что ты не спал.

— О чём ты? — неубедительно нахмурился я.

— Да всё ты знаешь. Я видел, как ты подглядывал.

Злость обуяла меня. Я раздул ноздри и испепелил его взглядом, решив больше не притворяться:

— Ты ублюдок! Как ты мог?!

— Ну чувак, — спокойно пожал плечами мой сосед. — Выпили вина, слово за слово и всё такое… Сам понимаешь, как оно бывает.

Ничего я не понимал. У меня никогда такого не было.

— Как она могла? — простонал я, опустив голову.

— Да ладно тебе, — оживился Лёха. — Она же женщина. А разве могут женщины устоять перед таким красавчиком, как я.

— Что ты несёшь?!

— Прикинь, я только сейчас осознал, что лишился девственности с твоей мамкой! Ахахах! Ебать, внатуре! Мой первый раз был с твоей мамкой!

Я аж скривился от этих слов и саркастично проворчал:

— И как? Понравилось, козлина?!

— О, чел! Ты не представляешь! Она такая мокрая там! Просто пиздец! Текла, аж пятно на кровати оставила. Правда уже высохло. Пизда у неё просто офигенная! Горячая, влажная, такая мягкая и сочная…

— Да хорош ты! Заебал! Я не хочу это слышать!

— А ещё она волосатая, прикинь? Ты знал? У твоей мамки пизда волосатая. Но это даже круто, мне понравилось трогать её за волоски там. А какие у неё сиськи, чувак…

— Ну всё! — встал я и натянул штаны.

— Такие большие и упругие! Я тебе клянусь, лучше сисек в жизни не видел.

— И много ты сисек видел? — хмыкнул я, схватив зубную щётку и пасту.

— Не много, — усмехнулся он. — Но у твоей мамки они ороменные, братан! Ух ты! Гляди чё нашёл?

Я обернулся в дверях. Лёха держал в руках большие белые кружевные трусики.

— Её трусы, — глупо улыбнулся он. — Она их забыла. Под подушкой нашёл.

— Сохрани на память, — прошипел я и вышел, хлопнув дверью.

____________________

На протяжении двух недель я старался забыть об этом инциденте. Но разве забудешь? Это сжирало меня изнутри, не покидало моих мыслей ни на день.

Лёха же по началу постоянно вспоминал секс с моей мамой, но потом я как-то агрессивно накинулся на него, и он перестал доставать меня. Сначала я злился на него и не разговаривал, а потом посмотрел на всю ситуацию под другим углом. Как бы я поступил на его месте? Наверняка тоже трахнул бы его мать, будь она такая же горячая, как моя.

Осознав это, я перестал злиться на Лёху, и всю свою обиду переложил на маму. Она взрослая женщина, она должна была отдавать отчёт своим действиям! Это её вина!

Близились каникулы, и я собирался поехать на несколько дней домой. Но после этого ночного случая, я не очень-то был рад видеть маму. В моих глазах она теперь казалось какой-то шлюхой!

Лёха застал меня за тем, как я собирал вещи. Узнав, что я еду домой на неделю, он сначала огорчился, а потом начал напрашиваться со мной.

— И речи быть не может! — твёрдо заявил я.

Пол часа он упрашивал меня, приводя всячески доводы в пользу того, чтобы я взял его с собой. Мол нам будет веселее вдвоём, а здесь он останется совсем один, так как его родители уехали в Испанию отдыхать. Давил на жалость, обещал, что не будет приставать к моей маме.

— Да она и сама сто пудов жалеет. Ничего такого не повторится, клянусь!

По итогу я согласился взять его с собой, но маме ничего не сказал. А согласился я не потому, что мне было его жалко или что его доводы подействовали на меня. Нет, вовсе не поэтому. Причиной тому был банальный интерес. Как поведёт себя мама, увидев его на пороге? Как они будут общаться? Я очень хотел взглянуть в её виноватые глаза, когда она снова пересечётся с Лёхой.

Мы выдвинулись в пусть, и к вечеру уже были на пороге моего дома. Я позвонил в звонок и принялся ждать. Ох, какая же сейчас пикантная ситуация создастся…

И вот мама открывает дверь, видит Лёху и глазки её начинают бегать. На лице замешательство и что-то похожее на стыд. Этого я и добивался.

— Сюрприз, мама, — улыбнулся я. — Лёхины родители уехали в Испанию, и я решил не оставлять его тухнуть на каникулах в общаге одного.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Лёха.

— Привет, — скромно улыбнулась мама и быстренько отвела от него взгляд. — Ну проходите мальчики.

Мы разместились в моей комнате и пошли ужинать. Мама накрыла на стол, и мы с диким голодом накинулись на еду. Ужин проходил в неловком молчании по большему счёту. Лёха вёл себя прилично, как и обещал мне. Но надолго его не хватило. Постепенно он стал вовлекать маму в беседу, и удивительным образом раскрепостил её, как это было в прошлый раз.

Я всё никак не понимал, что это за магия в нём заключена такая, что даже взрослая женщина не может устоять перед ним. В скором времени они уже весело болтали о разных мелочах. Он рассказывал про свою семью, про родителей, а затем как-то перевернул в разговор в сторону мамы. Она охотно рассказывала ему о своём разводе.

Я в разговоре мало участвовал, предпочитая наблюдать за ними. В какой-то момент на столе появилась бутылка домашнего вина. Я наотрез отказался пить, помятую о том, что было в прошлый раз, когда я напился. А вот они охотно пригубили винцо. Домашнее было покрепче магазинного и вскоре они прилично напились. Ну не то, чтобы сильно, но мама заметно раскрепостилась, и на щеках появился румянец.

— А у вас были другие мужчины после развода? — уже вполне себе спокойно спрашивал Лёха, а мама ему непринуждённо отвечала, нисколько не стесняясь говорить об этом при мне.

— Бывали конечно короткие романы, но ничего серьезного.

— Жаль, — поджал губы мой хитрый друг. — Такая женщина пропадает.

— Ничего я не пропадаю, — гордо хохотнула мама. — Всё у меня хорошо. Можно и без мужиков прожить.

— Можно, — согласился Лёха. — Но с ними лучше, если вы понимаете о чём я?

Они переглянулись, и мама смущённо улыбнулась, быстро отведя взгляд.

«Эй, я вообще-то здесь!» — хотелось закричать мне. «Я что для вас пустое место?!».

— А давайте поиграем в картишки? — предложил Лёха. — Есть карты, тёть Ларис?

— Конечно. Сейчас принесу.

Она быстренько сбегала за картами и вернулась.

— На что играем? — неожиданно спросила она, тасуя колоду.

— Хм… Задумался Лёха. На желание?

— Хорошо, — быстро согласилась мама.

— На любое желание. Даже самое странное.

— На любое? — задумалась она.

— А что, слабо? — хитро улыбнулся мой друг.

— Хах! — усмехнулась мама. — Не слабо! Погнали. В дурочка?

— Раскидывайте, мадмуазель.

Мы начали игру. Сначала всё проходило спокойно. Каждый проиграл по разу, и желания были банальными и дурацкими. Мама заставила меня кукарекать под столом. Лёху мы заставили помыть посуду, чему он был несказанно «рад». Когда проиграла мама, Лёха загадал ей двадцать прыжков с хлопками над головой. Он объяснил это тем, что она и десяти не сделает. Взял на слабо, типа она уже не в форме.

Мама приняла вызов. Неужели она ничего не поняла?! Он же хотел посмотреть, как прыгают её сиськи. Сейчас она была одета в простое домашнее платье с овальным вырезом, причём достаточно глубоким. И в процессе вечера, я заметил, что лифчика на ней нет. Да и дома она редко лифчики носила.

И вот она начала прыгать, хлопая руками над головой после каждого прыжка. Прыгала, как дурочка, тряся сиськами. Лёха, да и я тоже, смотрели только на её грудь, которая соблазнительно подпрыгивала в вырезе платья. На пятнадцатом прыжке, одна сиська бесстыже вывалилась наружу.

— Ой! — воскликнула мама и поспешила вернуть её в платье. — Пардон! — рассмеялась она.

— Ничего страшного, — посмеялся довольный Лёха. — Ещё пять прыжков.

Мама допрыгала оставшиеся прыжки, придерживая груди. Сев за стол, она залпом допила вино и шумно выдохнула, махая на себя руками.

— Аж вспотела. А ты не верил, что смогу!

— Признаю, ошибался, — кивнул Лёха. — Продолжим?

Вино лилось по бокалам и задания становились всё более откровенными. И только я один замечал абсурдность и постыдность этой игры. Мама же опьянела и развеселилась. Сначала она выигрывала и издевалась над нами, загадывая тупые желания по типу минуту простоять на одной ноге или изобразить слона. Но вскоре проигрывать начала она, потому что Лёха взялся за дело.

Когда он загадал ей в желании поцелуй, она без промедления чмокнула его в губы, но он этим не удовлетворился.

— Нет, тёть Ларис. По-настоящему. По-взрослому.

Мама кинула на меня взгляд, я лишь пожал плечами. «Решать тебе», — говорил мой взгляд. А внутри себя я рычал: «Только попробуй!».

К моему великому разочарованию, она обняла его за шею, и засосала с языком. Поцелуй длился всего секунд пять, но вышел очень страстным. Я аж возбудился, и одновременно разозлился на них. И как можно одновременно испытывать и возбуждение, и злость? Эти чувства были для меня новы и очень остры.

Когда мама снова проиграла, Лёха отложил карты и облизнул губы, готовясь что-то сказать:

— Вы уж простите за моё следующее желание, но я не могу удержаться. Надеюсь вы меня поймёте. Природа вас наградила такой шикарной грудью, что невозможно остаться к ней равнодушным.

Мама озадаченно смотрела на него, ожидая продолжения. Я тоже замер, поражённый таким поворотом событий. Лёха вздохнул, хитро улыбнулся и сказал:

— Ваше желание такое: Вы должны показать грудь.

Мама открыла рот и вскинула брови.

— Ох… — промолвила она. — Я не могу…

— Ванёк отвернётся, да, Вань? — кивнул мне Лёха.

Я сузил глаза и стиснул челюсти, уничтожая его взглядом. Он молитвенно смотрел на меня.

— Да… — сквозь губы промолвил я.

— Ну тогда ладно, — пожала плечами мама. — Вань, отвернись.

И я отвернулся. Но в отражении окна я видел, как мама снимает с плеч лямки платья, оголяя грудь перед моим другом. Она дала ему пять секунд полюбоваться своими сочными большими сиськами, а затем спрятала их в платье.

Как же я хотел взглянуть на них. Но не имел права, видите ли. Я ж её сын в конце концов!

Мы продолжили игру. И следующее желание стало ещё более наглым. Лёха заявил, что хочет потрогать её.

— Пять секунд всего! — умолял он.

Мама закатила глаза и посмеялась:

— Ох, мальчишки. Не оттащишь вас от сиськи. Вон, Ванька до четырёх лет сосал грудь.

— Мам!

— Да ладно тебе, — хохотала она.

— Так можно? — не унимался Лёха.

— Ну потрогай, потрогай, — улыбнулась мама, выгнув спину и выпятив грудь.

Прямо на моих глаза он сжал левую мамину грудь через платье. Помял её как следует, пальцы утопали в мягкой плоти, взвесил на ладони и убрал руку.

— Класс! — довольно улыбнулся мой друг. — Продолжим?

Два следующих кона проигрывал я, и исполнял очередные дурацкие мамины желания. Но когда пришёл черёд её поражения, я ожидал от Лёхи чего угодно, но не этого…

— Сделайте мне минет, — совершенно спокойным тоном потребовал он.

У меня чуть челюсть на стол не упала. Мама ошарашенно захлопала глазами, одними губами шепча:

— Минет?

— Да. Один быстрый минет. Можно в туалете. Идёмте же, ну идёмте!

Мой хитрый дружок, воспользовался её замешательством, и не дал ей даже осмыслить его просьбу. Взял её за руку и потянул за собой в ванную. И она пошла! Пошла за ним, чтоб меня! Я, охуевая от происходящего, провожал их взглядом.

Неужели она действительно ему отсосёт?! Вот так просто, мамочка? Стоит только тебя попросить?! Сидеть и гадать было выше моих сил, я осмелился встать и пойти в ванную. Хотел резко открыть дверь и застать их на месте преступления. Но этого не потребовалось. Дверь была приоткрыта. Я аккуратно заглянул в щель и увидел маму, стоящую на коленях перед Лёхой и сосущую его член.

Моё сердце упало в пятки. Я до последнего отказывался верить, что она так легко согласится, но теперь сомнения отпали. Вот она стоит на коленях и сосёт. Влажно, сочно, помогая себе рукой. Сосёт, вынимает член изо рта, лижет его вдоль и поперёк, ласкает язычком головку и смотрит вверх на Лёху.

— Так? — спрашивает она.

— Да… Супер… Продолжайте… — блаженно молвит он, уперев кулаки в бёдра.

— Сколько надо?

— Пока не кончу.

— Но…

— Я уже с минуты на минуту!

Мама продолжила сосать, дроча член моего друга рукой и переминая пальцами его яички. Член оттягивал её щёку, видеть это было для меня невероятно возбуждающе. Моя мать сосёт моему другу. Охренеть! Да ещё как сосёт! Слюняво, влажно и звучно.

— Щас кончу! — прорычал Лёха.

Мама принялась быстрее дрочить его член, пока сперма не заструилась ей в рот. Она даже не спросила, куда он будет кончать. Не отвернулась, не отпрянула. Она совершенно спокойно приняла его сперму в рот, и всё это проглотила, облизав губы, а затем и его головку.

— Такого удовольствия мне ещё никто не доставлял, — сладко промолвил Лёха.

Мама поднялась на ноги, и тогда я кинулся в свою комнату. Продолжать играть в эту игру я больше не собирался. Злость, нет, ярость обуяла меня! Я зарылся под одеяло, дроча как безумный, лишь бы сбросить груз из яиц. Дрочил и проклинал себя за то, что всё это между ними возбуждает меня до предела, хотя так быть не должно! Я что, сыночек рогоносец?! Всю жизнь жил и не знал об этом?

Лёха пришёл минут через десять. Достаточно быстро. Спросил сплю ли я, на что я ответил молчанием, а затем сам лёг в кровать. Я не спал. И не собирался. Сна не было ни в одном глазу. Лёха тоже не спал, ворочался.

Через пол часа я услышал, как он встал с кровати и на цыпочках вышел из комнаты. Да тут к гадалке не ходи! Пошёл к маме, сукин сын!

Я подождал около пяти минут, а затем встал с кровати и пошёл на разведку. Дверь в мамину спальню была приоткрыта. То ли мне так везёт, то ли этот хитрый гавнюк специально оставил её незакрытой для меня.

Я припал глазом к щёлочке, облокотившись плечом на стену. Лёха лежал на маминой кровати, вытянув руки и ноги, а она лежала в его ногах и обсасывала его член со всех сторон, уже будучи голой. Из-за её головы я не видел, как она сосёт, но зато прекрасно видел её сочную белую задницу. Сейчас бы войти, сжать её, шлёпнуть, или даже укусить за попку. Впиться зубами в мясистую ягодицу!

Мама начала подниматься, прервав минет. Взяла и оседлала Лёху, введя его член в свою волосатую щёлку.

— Оох… — вздохнула она и начала двигать бёдрами на члене.

Груди её подскакивала, шлёпались друг об друга. Лёха потянулся к ним и жадно сжал.

— Ух, какие у вас сиськи! Просто невероятно!

Лёха потряс мамины сиськи из стороны в стороны, играясь с ними, как ребёнок. Она опиралась руками на свои бёдра и прыгала пиздой на члене.

— Я тебя не раздавлю? — усмехнулась она.

— Даже, если раздавите, это будет лучшая из возможных смертей.

— Я тебя обожаю! — рассмеялась мама.

И тут моё плечо скользнуло вниз по стене и задело выключатель. В коридоре загорелся яркий свет. Я от испуга дёрнулся и врезался башкой в дверь маминой спальни, открыв её настежь.

— Ой! — вскрикнула мама, слезая с Лёхи и прикрывая руками грудь.

Почёсывая ушибленный затылок, я застал на пороге, глядя на них.
10 526
1
+2634
Добавлено:
18.02.2022, 17:48
Просмотров:
10 526
Схожие порно рассказы
Ваши комментарии
ataman_baklanov (3.ноября.2022 18:59) Ответить
Еврейский стих:
Подулся мальчик, подулся.
Фонтанчиком мальчик обдулся.



Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
©2024 – истории для взрослых,
эротические и порно рассказы. Порнорассказы. Про секс 18+
ВСЕ МОДЕЛИ НА МОМЕНТ СЪЕМОК ДОСТИГЛИ СОВЕРШЕННОЛЕТИЯ.
ПРОСМОТР ПОРНОГРАФИЧЕСКОГО КОНТЕНТА ЛИЦАМ НЕ ДОСТИГШИМ 18-ТИ ЛЕТ ЗАПРЕЩЕН.
Соглашение/связь/реклама